September 25th, 2021

  • salery

Хуже, чем недомыслие...

Расстроил меня недавно один вполне симпатичный автор. Когда начинают рассуждать о переворотах и революциях в связи с "феодализмами-капитализмами", мне всегда становится скучно. Это хуже, чем недомыслие – это марксизм (который никак не выветрится из голов некоторых даже относительно приличных людей; хотя, казалось бы, не так трудно сообразить, что если само бредовое "учение" со всеми его прогнозами и ожиданиями потерпело полный и повсеместный крах, то столь же неадекватна и предлагаемая им историческая картина). Все эти "социально-экономические формации" – густопсовый бред, над которым, рассматривая конкретные реалии, остается только потешаться.

Вот почему "буржуазной" почитается февральская 1917 в России? Потому что таковая "должна" предшествовать социалистической, а т.к. таковая имела место в октябре того же года, то предшествующая – какая же еще может быть. При этом никто не в состоянии сказать, какие такие "завоевания" Февраль принес "буржуазии": чем же это ей стало жить лучше, чем при царе, чего она получила, чего не имела прежде? Напротив, абсолютно все действия постфевральской власти - от введения на предприятиях рабочего контроля до реформы местного самоуправления, вычистившей из него цензовый элемент (эту самую "буржуазию"), - были направлены к ее ущемлению и умалению ее общественной роли. Но не может же быть две подряд "социалистических" революции…

И, кстати, Франция перед своей "великой" революцией находилась во главе "буржуазного" развития; французская буржуазия в конце XVIII в. экономически прекрасно себя чувствовала и для своего благополучия вовсе не нуждалась в якобинцах. С последними принято связывать высший пик революции – это они, стало быть, самая-самая "буржуазия"? И кто тогда "термидорианцы" – "феодальная реакция"? Революция вполне очевидно была антимонархической, антисословной и антирелигиозной. Но для интересов "буржуазного" развития она вовсе не была необходимой. Оно просто шло, как шло бы в любом случае. Как шло с неменьшим успехом в странах, монархических, сословных и религиозных – той же Англии.

С английской "буржуазной", кстати, совсем смешно. Почему-то принято думать, что раз против короля восстал парламент, то она "такая". Однако при ближайшем рассмотрении оказывается, что буржуазия, обладавшая большими привилегиями, была как раз вполне лояльна, а все вожди парламента были… крупнейшими в стране земельными собственниками, да и вообще английский парламент не только тогда, но и столетия спустя был орудием землевладельческой аристократии. И даже в середине XIX в. через 200 лет после "буржуазной революции" по-настоящему богатыми в Англии были только представители этой страты. Некоторым палиативом «буржуазной революции» можно считать разве что избирательный акт 1832 г. хотя и он не сильно изменил ситуацию.

Те или иные формы экономического развития обязаны своим преобладанием прежде всего технологическому прогрессу, климатическим и природным условиям, идеологическим установкам, развитию наук, просвещения и т.д., и нет никакой нужды приписывать их изменение сознательной деятельности каких-то больших социальных общностей. Перевороты и революции вообще никогда не совершаются таковыми, единственной причиной их является наличие некоторого числа (не миллионов или сотен тысяч, а просто тысяч и сотен) дееспособных людей (образующих "антиэлиту" или представляющих часть самой элиты), по самым разным соображениям (политическим, идеологическим, корпоративным или чисто "шкурным") заинтересованных в их совершении и формирующих потребные для того структуры ("революционные организации").